"

История: Крупский Сотоварищи




стр. 34

Действительно, в тот момент Крупнов получает предложение присоединиться к ДДТ в качестве бас-гитариста. Дело в том, что перед записью нового альбома штатный басист коллектива Вадим Курылев "переключился" с бас-гитары на гитары "обычные". Стороны пробуют поработать вместе. Но дальше этого дело не пошло. Крупнов так объяснял факт того, почему сотрудничество с Юрием Шевчуком у него не сложилось: "Ну, во-первых, для того, чтобы играть в ДДТ, мне необходимо было переехать жить в Питер. А я не очень люблю этот город. Он для меня какой-то холодный, строгий очень. А я веселье и оттяг люблю. В этом плане Москва для меня - идеальное место. Ну, а во-вторых, не все там у меня сложилось. Немного не так все оказалось, как я себе представлял. Да и Юра Шевчук наше сотрудничество по-другому видел..." А вот как сам Шевчук вспоминал об этом времени: "Толик произвел на меня неизгладимое впечатление. Совершенно потрясающий человек! С ним всегда было комфортно. А уж когда он начинал играть... Все просто открывали рты и смотрели на него, опустив руки." Однако, союз музыкантов не стал мертворожденным. Анатолий принял участие в аранжировках музыкального материала для альбома "Это Все...". Особенно "рука Крупнова" заметна в партии бас-гитары на песне "Агидель (Белая Река)". Прислушайтесь, ничего не напоминает? Или кода композиции "Жизнь На Месте"?

Помимо всего прочего, Крупнов все больше времени стал уделять сотрудничеству с НЕПРИКАСАЕМЫМИ. Это не в последнюю очередь было связано и с тем, что финансовое положение коллектива, собранного Сукачевым, было достаточно стабильным. НЕПРИКАСАЕМЫЕ достаточно часто выступали как в клубах, так и на больших площадках столицы. А что еще более важно - успешно гастролировали по территории СНГ.

Следствием активности НЕПРИКАСАЕМЫХ стал выход студийного альбома "Брел, Брел, Брел..." (записан летом 1994-го года). Работа включала в себя восемь композиций: "Дорога Под Землю", "Без Четверти Восемь", "Эрегированный", "Ассоль", "Ольга", "Брел, Брел, Брел", "Напои Меня Водой" и "Непокоренная Вера". В записи альбома (естественно, кроме Сукачева (вокал, акустическая гитара) и Крупнова (бас, вокал)) участвовали Сергей Воронов (гитара, вокал), Рушан Аюпов (клавишные, аккордеон, вокал), Алексей Ермолин (саксофон, вокал), Александр Казанков (этнические флейты, вокал), Павел Кузин (ударные). Помимо этого были задействованы: Николай Панов, Дмитрий Сачук, Александр Агеев (Джазовое трио оркестра под управлением Олега Лундстрема) и Симфонический квинтет оркестра Гостелерадио. До сих пор этот состав НЕПРИКАСАЕМЫХ считается самым сильнейшим ("звездным") за всю историю существования коллектива. Учитывая "послужные списки" участников записи, с этим утверждением нельзя не согласиться.

Проект НЕПРИКАСАЕМЫЕ становится чрезвычайно популярным. Сотрудничество с ним отнимает у Крупнова все больше времени (вопреки его же собственному утверждению, высказанному в середине 1993-го года, в самом начале совместного творчества с "Гариком"). А вот ОБЕЛИСК продолжает регрессировать. Робкие попытки удержаться на плаву ни к чему не приводят. Эпизодические (невиданное для ЧО дело!) репетиции только обостряют противоречия внутри коллектива. Масла в огонь подливает и тот факт, что менеджмент группы начинает создавать дистанцию между Крупновым и остальными участниками коллектива, сознательно "ввинчивая" Анатолия в "модную" тусовку. Ермаков: "Мы были настоящей командой. Сплоченными, равноправными людьми. Все старались делать вместе, сообща. Ни о каком диктате не было и речи. В этом и была наша сила как музыкального коллектива. И вдруг нас начинают склонять к мысли, что вот - Толик, а вот - все остальные. Формировался этакий культ героя. Одного. Все остальные - так, придаток, который при необходимости можно заменить. Причем, это не от самого Крупнова исходило, а от его окружения. Толик - он же очень правильно о себе говорил: "пожилой мальчик". Он так и остался большим ребенком. Его можно было направить в нужную кому-либо сторону. А в роли главного, да к тому же, известного и модного персонажа он, безусловно, чувствовал себя комфортно... Смешно сказать: сейчас (время написания материала, - автор.) многие, не слишком знакомые с историей ЧО люди, считают, что мы были в ОБЕЛИСКЕ сессионными музыкантами. А тогда дирекция группы стала нас самих в этом убеждать. Бред! Естественно, мы стали напрягаться по этому поводу." "Ситуация постоянно накалялась, - соглашается Борисенков. - Больше всего Крупнова стал напрягаться на Алексеева. Дело в том, что "Алексис" вообще никогда не поддерживал выпивания (тем более на репетициях), а Толика в тот период просто понесло. И, когда "Крупский" в очередной раз появлялся на базе "не в себе", Алексеев ему напрямую заявлял: "Ну что, алкаш, играть-то будем или не можешь?" Причем, спокойно так все это говорил. Толика это нервировало. До такой степени, что он часто заводил со мной разговоры о необходимости поменять гитариста. Я уже не помню всех, кого он предлагал. Точно был вариант с Костей Селезневым (из ТРИЗНЫ). Но не получилось с ним. С остальными вообще все заканчивалось на грани обсуждения. Что-то вроде: все они сильно пьющие, а два "алконавта" в группе - это уже перебор. А в плане выпивания Крупнова... Доходило до того, что мы все собирались, ждали его, он опаздывал часа на два, приходил "никакой", доставал бутылку водки... Мы вставали, собирали свои шмотки и сваливали... Он когда в себя приходил, обижался на это дико. Как же так, он главный, а эти тут не понимают! После этого он часто со мной (ко мне он как-то более доверительно относился) вообще "интересные" разговоры заводил: давай всех разгоним, понаберем "пионеров" ручных, будут делать, что им скажут... Тут я просто в "осадок" выпадал..." "Еще нас сильно раздражало то, - добавляет Ермаков, - что с нами какие-то странные разговоры начал вести менеджмент группы. С нами говорили по отдельности о разных вещах, при этом предупреждая, чтобы другим музыкантам коллектива наш разговор не передавался." Итак, частично стала повторяться ситуация августа 1988-го года. Нервы участников коллектива начинают сдавать...

Попытка довести до конца сольный проект Крупнова на некоторое время выводит ЧО из летаргического сна. Музыканты оседают на студии и приступают к записи. Но вспышка активности длится недолго. Ермаков прописывает все барабанные партии, чем дело и заканчивается...

назад | следующая

... стр. 33, 34, 35, 36, 37, 38